Из кризиса мы выйдем последними"Вполне возможно, что уже в этом году Европа начнет выходить из кризиса. Но в любом случае Латвия в этой цепочке будет последней, то есть мы оживем позже всех" — убежден вице–президент Конфедерации работодателей и председатель латвийской части Делового совета ЛР — РФ Василий Мельник. — Вы как представитель Конфедерации работодателей имеете возможность вести диалог с правительством, более того — являетесь участником так называемой группы реформ, которую возглавляет сам премьер. Значит ли это, что вы можете влиять на политику правительства, на принимаемые решения? Если да, то чего вам уже удалось добиться? — То, что правительство пытается вести диалог с социальными партнерами, обсуждать с нами те или иные проекты решений, это уже хорошо. Но беда в том, что ключевые финансовые решения правительство при всем желании уже не может с нами согласовывать, поскольку наши власти оказались полностью зависимым от кредиторов. Да, я понимаю: кто дает деньги, тот и заказывает музыку. Но все–таки считаю, что правящие политики могли попытаться выторговать для Латвии большую свободу действий. Сегодня же получается, что нам как социальным партнерам показывают какой–то проект для ознакомления и тут же предупреждают: все уже согласовано с МВФ, и мы ничего не можем поменять. В общем, битву с МВФ мы проиграли, единственное достижение прошлого года — это то, что страну все–таки спасли, не допустили дефолта. Вот только какой ценой! Но тяжелейший 2009 год, когда решался вопрос — быть или не быть, уже позади. Нынешний год должен — я по крайней мере на это очень надеюсь — стать годом… надежд. Да, пока, увы, только надежд, поскольку о реальном выходе Латвии из кризиса говорить преждевременно. Никаких предпосылок для этого не создано. Реального разогрева экономики не произошло, конкурентоспособная промышленность не создана, бизнес по–прежнему на грани выживания… К сожалению, до сих пор реальных структурных реформ в госуправлении мы не видим. И Конфедерация работодателей, и многие представители группы реформ неоднократно заявляли, что можно и нужно сократить госуправление еще минимум на 30–50%! Часть функций государства можно безболезненно передать в частные руки. Политики на словах с нами согласны, но до конкретных решений дело не доходит. Бюрократические структуры сокращают крайне медленно. Вот на днях нам с радостью сообщили, что ликвидировано агентство… по равноправию полов! Я даже не знал, что у нас есть такое агентство. Может, конечно, я чего–то не понимаю, но до сих пор в Латвии с проблемами полового неравенства не сталкивался. У нас женщины занимают самые высокие посты, мы все–таки европейская страна… Совсем недавно ликвидировали еще очень "важную" структуру — агентство по метанию копья… Создается такое ощущение, что мы в так называемые "жирные годы" поставили перед собой цель… трудоустроить всех чиновников. Все, кто не знал, чем бы после окончания вуза заняться, могли смело идти в госуправление — рабочих мест там хватало почти на всех. Расплачиваться за это бездарное, неэффективное управление страной, за это неэффективное использование денег налогоплательщиков мы будем еще очень долго. — Значит, в этом году на лучшее рассчитывать не стоит… — Я по натуре оптимист, но это не значит, что должен утратить чувство реальности. Да, по всем признакам, в этом году на оживление экономики особенно уповать не стоит. Пока не вижу, за счет чего мы в этом году сможем создать новые рабочие места. Не вижу, как фирмы смогут вернуть на работу тех, кого в последние год–полтора сократили. Это значит, что безработица уменьшаться не будет. Более того, по крайней мере в первом полугодии она только возрастет, ведь из–за стагнации в экономике и повышении налогов предприниматели будут вынуждены еще туже затянуть пояса, то есть уменьшить расходы, и прежде всего на содержание рабочей силы. Мировой опыт показывает, что первым всегда оживает рынок финансовых услуг, то есть банковский сектор. Думаю, так будет и у нас. Когда Европа пойдет на поправку, в Латвии первыми перестанут хворать именно представители финансового бизнеса. Затем обычно оживает производственный сектор. В Латвии он, правда, мизерный, но, думаю, наша промышленность все–таки устоит на ногах и начнет в ближайший год выползать из кризиса — по мере восстановления внешних рынков. Потом признаки роста станет показывать сфера услуг. — А как же недвижимость? — Я еще в самый разгар "тучных лет", когда рынок недвижимости рос как на дрожжах, предупреждал, в том числе и со страниц уважаемой "Вести Сегодня", что все это плохо кончится — пузырь лопнет и сметет всех, кто в этом бизнесе занят. Так оно, увы, и случилось. Для меня совершенно очевидно, что рынок недвижимости уже никогда не будет так процветать, как в 2004–2007 годах. Цены на жилье через год–два могут вырасти, но этот рост не будет идти не в какое сравнение с тем бумом, который был прежде. В Латвии, учитывая уровень жизни в этой стране и ее размеры, жилье не может стоить дороже или хотя бы на одном уровне с Германией, Францией или Россией. — Да, невеселые у вас выводы относительно ситуации в Латвии. А что вашему Деловому совету удалось в сфере налаживания экономических связей между Латвией и Россией? — Кризис, как известно, не только испытание на прочность, но и возможность "прозреть", начать по–другому смотреть на многие вещи, в том числе и на отношения с восточными соседями. Многие политики, прежде, мягко говоря, с прохладцей смотревшие в сторону России, нынче изменили свои взгляды. Они наконец поняли, что нужно использовать данное нам Богом географическое положение. У нас под боком не только огромная Россия, но и такие традиционные для нас торговые партнеры, как Белоруссия и Украина. Кстати, аналогичные Деловые советы действуют у нас и с этими странами. Говоря о России, нужно сказать, что Латвии повезло: Деловой совет с российской стороны возглавляет один из самых влиятельнейших бизнесменов в этой стране Петр Авен, который к тому же имеет латышские корни и искренне хочет помочь нашей стране. Благодаря его усилиям нам удалось продвинуться в подготовке ключевых для бизнеса соглашений: о взаимной защите инвестиций и об избежании двойного налогообложения. Очень надеюсь, что в наступившем году мы эти документы подпишем. Что же касается Белоруссии, то с этой страной у нас даже в условиях экономического кризиса торговля развивается крайне благоприятно. Думаю, и на Украине наш бизнес сможет развернуться — многое станет ясно после президентских выборов… — Скажите честно: реально ли предпринимателям все–таки заставить власти снизить налоги? Может, это удастся хотя бы после выборов в сейм? — Думаю, что и члены правительства понимают: повышение налогов тормозит оживление экономики и заставляет предпринимателей уводить свой бизнес в другие страны. Однако, повторюсь, мы потеряли экономическую независимость, передав фактически вопросы регулирования экономики и бюджета валютному фонду. Впрочем, и в этих условиях, уверен, можно пытаться привлечь инвестиции. "Вести Сегодня", № 9. |
