Янис Зелменис: "Мы живем в налоговой системе дикого капитализма""Если сравнить основные налоговые ставки, то видно, что российский вариант более дружественный бизнесу, особенно в области налогов с заработной платы, что не может не стимулировать отток нашей рабочей силы в соседнее государство, — говорит глава компании Янис Зелменис. — У нас же, на мой взгляд, остается неиспользованным главное преимущество — членство в ЕС". Сравнение налоговой нагрузки четко показывает: российский вариант налоговой системы в большинстве групп более благоприятен. И это прекрасно видно из таблицы, где BDO Zelmenis & Liberte взяли за основу заработную плату топ–менеджера в размере 10 тысяч евро. Результат говорит сам за себя: если топ–менеджер живет в Латвии и честно платит все налоги, то его нетто–зарплата составит 6889 евро. Если же он живет в России, то в итоге он получит почти на 200 евро больше — 8715 евро. Разница существенная, — считает Янис Зелменис. Когда не хочется быть соломенным чучелом — Мне нравится российский подход к решению проблемы серой экономики, а ведь была у них действительно большая. Россия понизила ставку подоходного налога до 13%, при этом проведя широкомасштабную рекламную кампанию. Судя по всему, они попали точно в цель: 13% — это тот оптимальный уровень налогообложения, когда легче налог заплатить и спать спокойно, чем пытаться что–то скрывать и быть пойманным. В Латвии ставка подоходного налога — 26%, то есть в два раза больше. Это драматическая, на мой взгляд, разница. Что же касается самозанятых персон, то подоходный налог буквально за одну ночь вырос с 15% до 26%. Любой гражданин этой страны, и я в том числе, при таким раскладе захочет увидеть и понять, что конкретно стало лучше в стране, после того как с него стали брать не 15%, а 26%. И поскольку ничего лучше объективно не стало, то у меня возникает закономерный протест. А когда протест возникает в массовом порядке, это серьезный сигнал для государства. — В том смысле, что люди начинают оптимизироваться и искать страны, где налоговая нагрузка ниже? — Конечно. Пассивная забастовка — это отъезд людей "высокой добавленной стоимости". Они просто уезжают туда, где к ним относятся по–человечески. Надо признать, что это не только латвийская проблема. В мире разворачиваются настоящие налоговые войны, которые ведутся, с моей точки зрения, совершенно аморальными методами. Взять хотя бы очередную налоговую войну между Швейцарией и Германией. Цель якобы благая — борьба с неуплатой налогов. Но при этом Германия спокойно заявляет, что готова заплатить 2,5 млн. евро за базу данных о 1,5 тысячах налоговых уклонистах. И это ведь не первый случай — в 2008 году Германия уже пользовалась такими приемчиками, когда жертвой налогового скандала стал руководитель Федерального почтового ведомства Клаус Цумвинкель. Он, кстати, был вынужден оставить свой пост и получил условный срок. Но что делает Лихтенштейн? Они официально заявляют, что если Германия опять купит нелегальные данные о вкладчиках, то они опубликуют имена немецких политиков, имеющих счета в швейцарских банках. В чем тут соль? Этот несчастный Цумвинкель честно работал, отдавал в бюджет своей страны львиную долю доходов и оставшиеся деньги хотел вложить в правильном месте. За что и пострадал. Оказалось, что у него нет прав не платить налог на депозиты, хотя в Латвии, например, еще недавно такого налога вообще не существовало. Знакомый банкир мне рассказывал, что у него есть немецкие клиенты с состоянием около 10 млн. евро, плюс–минус. Понятно, что все налоги там честно уплачены. И когда они смотрят на всю эту ситуацию с ворованными базами данных, то думают примерно так: да плевать я хотел на Германию! Им проще поехать в Цюрих, договориться с местным муниципалитетом о фиксированном налоге и жить спокойно. А Германия в это самое время теряет не только богатых людей и их налоги, но и рабочие места, которые обслуживают эти богатые семейства. В любой популяции людей предприимчивых и готовых рисковать — не более 10%, и понятно, что эмиграция состоятельных людей из Германии при таком раскладе — это лишь вопрос времени. Кто будет терпеть ситуацию, когда тебя превращают в некое соломенное чучело, которое можно бить и бесконечно пинать. Латвии придется тоже с этим столкнуться. Одно дело, когда экономия с 10–тысячной зарплаты — 2 тысячи евро, а если зарплата 100 тысяч? Найдется немало людей, которые возьмут калькулятор, посчитают и решат, что жить в соседнем государстве для них выгоднее, чем в Латвии. И не надо путать мораль с бизнесом. Мы живем в эпоху глобализации и унификации, все охвачено Интернетом, существует современная связь и т. д. Кого, по сути, волнует твое физическое местонахождение? Если за свои налоги я не получаю набор качественных социальных услуг, то мне незачем тут оставаться. Некоторые скажут: ну а как же родина? Мне кажется, в 21–м веке с этими категориями не стоит перебарщивать… НДС и акциз: перебор на грани фола В свете последнего повышения акцизных ставок Латвия не задумалась над тем, как она будет справляться с потоком контрабанды, который неминуемо пойдет в страну только потому, что в соседних государствах и в том числе России — другая ситуация. — Есть такое понятие: пограничный город или пограничная страна, — говорит Янис Зелменис. — Мое убеждение: Латвия в своей налоговой политике должна ориентироваться не только на среднестатистический показатель ЕС по аналогичным налогам, но объективно понять свое географическое положение. К примеру, акцизная ситуация в Латвии — это полная катастрофа. Потому что за восточной границей Латвии — Белоруссия и Россия, и там совсем другой акцизный режим. Говоря словами Карла Маркса, если капитал имеет шансы заработать более 300%, то никакое возможное наказание его не остановит. Я понимаю, что мы должны соблюдать некие европейские нормы в акцизном налогообложении, но все равно нужно думать о том, как понижать акциз, иначе нам придется решать проблемы с контрабандой. И вообще, пора объяснить Евросоюзу, что налоги можно повышать сколько угодно, но от этого не будет толку: бизнес просто перестанет их платить. Если Латвии нужно показать ЕС некие экселовские таблицы, то, что у нас сходятся концы с концами, то другое дело: рисуйте сколько влезет, но при чем тогда здесь экономика? — Если я попрошу вас выставить условный счет в пользу налоговой политики России или налоговой политики Латвии, то каков он будет? — Глобальный счет будет 1:0 в пользу России. Я крайне недоволен латвийскими налоговыми изменениями в системе последних двух лет, там полная бессмысленность и полное непонимание экономики. Если мы говорим, что Латвии нужно способствовать предпринимательству и экспорту, то безобразие с НДС на гостиничные услуги четко показывает недальновидность нашей налоговой политики. Латвия — единственная страна в ЕС, где существует полная ставка НДС на туристические услуги. Прошло уже больше года, и мы не можем мужественно признаться в том, что это было большой ошибкой. Рига ведь не туристический центр Европы, и это нужно исправлять низкими налогами. В том же Лондоне, к примеру, существует пониженная ставка. В таких избалованных туристических странах, как Франция и Испания, существует пониженная ставка на туристические услуги, хотя туда, наверное, и без того ехали бы люди. Неужели мы можем привлечь кого–то со своим 21% НДС? У нас что, есть какие источники — составляющие туристических услуг по немировым ценам? Ну нет ведь! — Этот вопрос сейчас обсуждается, и возможно, что этот налог будет снижен. — Но ведь прошло уже более года, это нужно было делать раньше. Иронично вот что. От кого уж я не ожидал повышения налогов, так это от партий либерального толка. От Репше, который все понимает, — совсем не ожидал. Понятно, что стране нужны деньги, но ведь можно было сделать по–другому: не растить пик налоговой пирамиды, а увеличивать ее базу. Пусть будет база плательщиков шире, а ставка в целом ниже. Это какие–то элементарные правила, не видеть которые — преступление. С кем дружим? В чем большое отличие России от Латвии, так это в том, что у России есть налоговая политика, — считает Янис Зелменис. По его словам, в России есть много книг по экономической географии, в которых четко описано, какое сырье и какую промышленность имеет страна, что они собираются с этим делать и как развивать. — А в Латвии вы видели подобные книги? Знает ли кто–либо в Латвии, что такое экономическая география, политика размещения экономических ресурсов? А ведь это важно, потому что под экономическую политику должна выстаиваться и налоговая политика. В Латвии же в 1995 году чудом родилась налоговая система, которую разрабатывали в 1993–1994–х годах. Сейчас мы имеем ее мутации и видоизменения. Мы по–прежнему живем в системе дикого капитализма постсоветского пространства периода приватизации. И никто не думает о том, что десятки тысяч коренных латвийцев уезжают в Ирландию и столько же некоренных — в соседние государства. Происходят на самом деле страшные вещи. Если пять лет назад уезжающий человек стоил стране 100 тысяч латов, то сейчас — не менее 300 тысяч евро. Откуда эти цифры? Человек ходил в садик, в школу, в институт, он здоров и образован, и все это стоило государственных денег. — Назовите хотя бы одно достоинство нашей налоговой политики перед российской. — Оно безусловно есть. Это наше членство в ЕС, и, к сожалению, это нами используется не до конца. Для тех латвийских бизнесменов, которые открывают заводы в Словакии, открывают банки в Литве, со вступлением в ЕС все стало проще. ЕС ведь для этого и создавался — он для сильных, наглых и предприимчивых людей. Это гарантия, что тебя защитят и твои инвестиции не пропадут. При этом попробуйте сейчас зайти со своим бизнесом в Швецию, вас тут же "прижмут в углу". Если взглянуть на перспективы, то дружить надо именно с Россией. Мы 20 лет дружили с Америкой, но от них получили только товарные составы, которые шли в Афганистан. Бизнеса тут нет и быть не может. Наше место и миссию я бы сформулировал так: находиться в Евросоюзе, но бизнес делать в России. Пока мы этого не поймем, у нас процветания не будет. Или второй вариант — пускать сюда российский капитал. Ведь если бы нам удалось продать Parex российским инвесторам, у нас появилось бы некое равновесие сил на латвийском финансовом рынке, и тогда скандинавским банкам было бы о чем задуматься. Политически, конечно, духу на такое не хватит. По крайней мере до выборов. |
